На полях крупнейшей в стране выставки коммерческого транспорта COMvex 2026 «Ридус» поговорил с заместителем генерального директора ПАО «КамАЗ» по продажам и сервису Антоном Сарайкиным. Предметом разговора стала стратегия компании в условиях падающего рынка грузовиков, а также возможные сигналы к выходу из кризиса и предположительные точки будущего роста.
«Ридус»: В апреле КАМАЗ отчитывался по РСБУ за I квартал и заявил о росте валовой прибыли в семь раз по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. У многих на нынешнем тяжёлом рынке такое сообщение вызвало неподдельное удивление. Можете объяснить, с чем это связано?
Антон Сарайкин: Никакого удивления тут быть не может. Любая кризисная ситуация вызывает потребность в мерах реагирования. В 2025 году мы столкнулись со значительным падением объёмов продаж. Естественно, менеджмент должен был реагировать путём выработки антикризисных мер. Понимаю, что это не совсем популярная история, но мы были вынуждены сокращать многие затраты. В том числе урезали в разы инвестиционный бюджет. Это была вынужденная мера. Но не нужно забывать, что и по объёмам продаж мы в 2026 году выглядим гораздо лучше рынка. Поэтому в текущей ситуации это оказалось спасительной мерой, сократившей убыток и выведшей на небольшую прибыль.
«Ридус»: По самым разным внешним и внутренним причинам доля автомобилей КАМАЗ на российском рынке продолжает расти. Каких размеров она может достичь в обозримой перспективе?
Антон Сарайкин: 2025 год мы закончили с долей в 33%, увеличив её практически в два раза по сравнению с 2024 годом. По итогам четырёх месяцев она возросла до 36%. В краткосрочной перспективе в соответствии с бизнес-планом на 2026 год она должна увеличиться более чем до 40%. Причём увеличение будет осуществляться за счёт нашей перспективной модели К5. Дело в том, что модель К3 в своих сегментах занимает долю свыше 70%, а вот К5 в достаточном объёме присутствует далеко не во всех сегментах рынка. Именно за счёт них мы планируем развивать наше присутствие, соответственно повышая долю на рынке в целом.
«Ридус»: Несмотря на довольно сложную общую экономическую ситуацию, Банк России по возможности пытается снижать ключевую ставку. Многие из регулярно опрашиваемых нами экспертов указывают на размер ставки как на один из главных драйверов оживления рынка грузовиков. Согласны ли вы с таким мнением? С каких цифр по ставке возможно оживление на рынке новых HCV?
Антон Сарайкин: Абсолютно согласен, что ключевая ставка Центробанка РФ является драйвером сокращения инвестиционной активности и её наращивания. Любая денежно-кредитная политика государства направлена на это. Мы производим не продукт конечного потребления, а инвестиционный продукт. Любое изменение ключевой ставки будет напрямую влиять на спрос на такой продукт, то есть на наш автомобиль.
«Ридус»: Можете назвать какое-то конкретное значение ставки, после достижения которого она начнёт влиять не на сокращение, а на наращивание инвестиционной активности в рамках КАМАЗа? С какой цифры она начнёт работать драйвером восстановления?
Антон Сарайкин: Могу озвучить цифру наших маркетологов — 12%. Это уровень ставки, который может привести к повышению деловой активности. Это необходимое условие. Однако не уверен, что оно одновременно является достаточным. Существует много иных факторов, включая геополитическую ситуацию и стоки, которые по-прежнему оказывают давление на рынок. Поэтому мягко скажем, что 12%. Но это не точно.
«Ридус»: Вы сказали про стоки. Как они влияют на продажи КАМАЗа? Особенно стоки по лизингу? Как долго будет существовать это влияние?
Антон Сарайкин: Безусловно, стоки влияют. В первую очередь на нашу ценовую политику. Из-за простоя и дорогого лизинга перевозчики массово возвращали импортные грузовики лизинговым компаниям, реализующим автомобили с пробегом по низким ценам. Данное обстоятельство оказало дестабилизирующее влияние на первичный рынок.
Во-вторых, сейчас основными нашими конкурентами являются лизинговые компании, у которых на руках имеется огромное количество изъятой техники. Клиент зачастую предпочитает именно такую, более дешёвую технику. По оценкам наших маркетологов, получим хоть какое-то облегчение давления со стороны изъятой техники не ранее I квартала 2027 года.
«Ридус»: Традиционно в автомобильном мире одними из главных конкурентов любого производителя являются собственные машины, выпущенные в предыдущие годы. Особое значение данный фактор имеет в сегодняшней экономической ситуации, когда у потребителей не хватает средств на обновление парков. Насколько это явление актуально сегодня для КАМАЗа? Может ли компания как-то влиять на него?
Антон Сарайкин: Не согласен, что конкурируем с нашими предыдущими поколениями и предыдущим выпуском автомобилей. Такая проблема в принципе есть, но она больше актуальна именно для сегодняшней ситуации. В общем же наш традиционный клиент всё-таки работает немного в другой парадигме. Он больше ориентирован на стоимость владения, нежели на первоначальную стоимость покупки автомобиля. Дело в том, что амортизация автомобиля занимает незначительную долю в себестоимости перевозки. Гораздо большую долю в ней занимают топливо и обслуживание. А эти затраты существенно меньше у нового автомобиля. Плюс не стоит забывать про гарантию и условия финансирования, которые предоставляют кредитные финансовые институты. Здесь действует другая экономика, поэтому у наших клиентов немного другое поведение.
«Ридус»: Сегодня КАМАЗ работает практически с полным использованием отечественных или полностью локализованных узлов и комплектующих. Это как-то сказывается на качестве продукции? Предпринимает ли сегодня КАМАЗ дополнительные действия для повышения качества машин?
Антон Сарайкин: Скажем так, это существенно повлияло на качество продукции, когда мы восстанавливали производство нашего грузовика пятого поколения. Мы должны были за достаточно короткий срок локализовать более двух тысяч компонентов. Поэтому с точки зрения качества автомобили 2023 года были не самого лучшего состояния. Здесь мы подвели клиентов и вынуждены были понести колоссальные затраты на отзывные кампании, которые измерялись несколькими миллиардами рублей.
Сейчас в компании построена целая система решения проблем с качеством продукции. Системно и комплексно уделяем внимание данным вопросам. В онлайн-режиме со всех сервисных центров страны получаем информацию о возникающих в ходе эксплуатации проблемах с качеством наших машин. Такая информация структурируется на еженедельной основе и при необходимости эскалируется до самого высокого уровня, вплоть до уровня генерального директора.
Такая системная работа действительно дала плоды. Сейчас мы имеем совсем другой по качеству автомобиль. Приведу цифры. Если в 2023 году показатель количества рекламаций на сотню автомобилей в течение какого-то периода эксплуатации (3, 6 месяцев или более) составлял около 60 фактов, то сейчас по автомобилям второй половины 2025 года его значение — чуть более трёх. Это существенный прорыв в улучшении качества продукта. Поэтому мы уверены, что победили данную проблему.
«Ридус»: Все прекрасно понимают сложность нынешней экономической ситуации, но это не является поводом не думать о будущем. Можете поделиться планами развития существующей модельной линейки или более далекоидущими идеями? Возможно, намерены заходить в какие-то новые сферы, где вас раньше не было?
Антон Сарайкин: Научно-техническим центром ведётся работа по освоению новых сфер, где раньше не присутствовал КАМАЗ. Это автомобили с низким углеродным следом, беспилотные автомобили, высокоавтоматизированные транспортные средства и большие карьерные самосвалы — сфера, где нас точно раньше не было.
В части коммерческого направления сегодняшнего дня, основной нашей деятельности, мы прежде всего ориентируемся на расширение модельного ряда в пятом поколении. В первую очередь освоили наиболее массовый сегмент — тягачи и самосвалы. При этом в 2025 году это были тяжёлые тягачи, в в 2026–2027 годах будет спецтехника. То есть это рефрижераторы, развозные грузовики для ретейла, строительная техника с кран-манипуляторными установками, коммунальная техника, мусоровозы, дорожные комбинированные машины. Сосредоточились на сегментах спецтехники, где пока ещё представлены незначительно.
«Ридус»: Как-то отслеживаете отрасли с сохранившимся экономическим ростом вроде маркетплейсов и отчасти ретейла? Здесь есть какие-то подвижки?
Антон Сарайкин: Вы самостоятельно всё озвучили, назвав одну из немногих точек роста на рынке грузовых автомобилей. Всё остальное находится в серьёзном кризисном состоянии.
Мы общаемся с крупными ретейлерами. Они указывают, что сегодня люди даже стали меньше есть. Потребление продуктов питания снизилось, что сказалось на рознице. Она не обвалилась, но лишь чуть-чуть сжалась. Однако названные вами маркетплейсы — это отдельная зона. Отдельная область ретейла, которая более-менее развивается. Это абсолютно точная точка роста. Поэтому делаем акцент на технику, необходимую для соответствующих перевозок. Это небольшие развозные грузовики для доставки до дома и пункта выдачи. Действительно идём туда, понимая, что это точка роста.
«Ридус»: Что из вашей линейки можно предложить для маркетплейсов?
Антон Сарайкин: Небольшие грузовики «Компас» уже поставляем для «Озона». В Wildberries немного другая схема логистики, поэтому они больше сосредоточены на перевозках фурами. Здесь у нас традиционно представлены наши тягачи КАМАЗ-54901.
«Ридус»: Думаете, что работа с маркетплейсами станет определённым прорывом?
Антон Сарайкин: Не назову это прямо-таки прорывом, но это абсолютно определённая точка роста.
